Скобовидные имплантаты нижней челюсти исторически использовались для лечения переломов нижней челюсти и фиксации покрывных протезов, однако связаны с развитием долгосрочных осложнений. В данном клиническом случае описан 85-летний пациент с хронической инфекцией и потерей костной ткани, связанными со скобовидным имплантатом нижней челюсти, установленным несколько десятилетий назад. Цифровое планирование позволило безопасно выполнить удаление имплантата, костную пластику и реконструкцию с использованием внутрикостных имплантатов малого диаметра. Статья подчеркивает хирургические сложности, методы снижения рисков и успешную функциональную реабилитацию при выраженной атрофии нижней челюсти.
Скобовидные имплантаты рассматривались для применения при выраженной атрофии костной ткани, однако их установка является более сложной и чувствительной техникой по сравнению с традиционными внутрикостными имплантатами корневидной формы. К осложнениям, связанным со скобовидными имплантатами, относятся инфекции мягких тканей, периимплантит, подвижность имплантата и проблемы с ортопедическими компонентами. Некоторые пациенты в течение срока службы данной системы могут нуждаться в хирургическом вмешательстве. В представленном клиническом случае обсуждаются хирургическое удаление скобовидного имплантата, цифровое планирование и реконструкция нижней челюсти с использованием имплантатов малого диаметра.
Клинический случай
85-летняя пациентка обратилась в стоматологическую клинику авторов с жалобами на боль и отек в переднем отделе нижней челюсти, сохранявшиеся в течение последних 2 лет. Скобовидный имплантат был установлен ей в 1980-х годах для фиксации покрывного протеза нижней челюсти. Со временем у пациентки начали развиваться рецидивирующие инфекции мягких тканей, связанные с имплантатом (Фото 1).
Фото 1. Внутриротовой вид отека переднего отдела нижней челюсти.
Анамнез показал, что инфекции обычно возникали ежемесячно и купировались курсом пероральных антибиотиков. Медицинский анамнез включал артериальную гипертензию, перенесенный инсульт, фибрилляцию предсердий, гиперлипидемию и наличие кардиостимулятора. Пациентка принимала следующие препараты: Caltrate® 600 D, аспирин 81 мг, карведилол 6,25 мг, лизиноприл 2,1 мг и варфарин 2 мг.
Хирургический анамнез не содержал указаний на осложнения при предыдущих операциях или анестезии. При первичном клиническом обследовании не выявлялось шейного или лицевого отека, а также лимфаденопатии. Подвижность нижней челюсти сохранялась в хорошем объеме. При ношении нижнего протеза поддержка мягких тканей лица была удовлетворительной. Протез имел хорошую ретенцию; при этом примерно 1,5 мм двух терминальных штифтов имплантата были обнажены вследствие рецессии десны и гингивита. При зондировании обоих трансмукозных компонентов отмечалась кровоточивость. Нижняя челюсть была атрофичной, с минимальной глубиной преддверия полости рта.
Конусно-лучевая компьютерная томография (КЛКТ) выявила выраженно резорбированную нижнюю челюсть, инфекцию и резорбцию кости справа от штифтов имплантата, что указывало на патологический перелом или отсутствие костной ткани с вестибулярной стороны. Три других винтовых компонента, входивших в систему скобовидного имплантата, продолжали стабилизировать конструкцию в области симфиза нижней челюсти (Фото 2).
Фото 2. КЛКТ скобовидного имплантата; рядом со штифтами с вестибулярной стороны определяется отсутствие костной ткани.
С пациенткой были обсуждены варианты лечения. Она предпочла немедленное решение с использованием внутрикостных имплантатов и условно-съемного фиксированного протеза. Основными целями лечения были устранение инфекции, снижение риска патологического перелома и установка имплантатов в оставшийся объем костной ткани для последующей фиксированной ортопедической реабилитации. Также обсуждались варианты полного и частичного удаления скобовидного имплантата нижней челюсти. Из-за предполагаемого высокого риска перелома нижней челюсти была индивидуально изготовлена реконструктивная пластина и выполнено виртуальное хирургическое планирование с созданием хирургического шаблона (Фото 3). Получение медицинского допуска, проведение виртуального хирургического планирования и изготовление пластины заняли 6 недель. Незадолго до операции у пациентки развилась острая инфекция кожи шеи (Фото 4).
Фото 3. Предварительно изготовленные пластина и хирургический шаблон.
Фото 4. Острая инфекция кожи, выявленная перед операцией.
Серия предоперационных КЛКТ-исследований до удаления имплантата продемонстрировала обширную потерю костной ткани нижней челюсти (Фото 5).
Фото 5. Предоперационные КЛКТ-срезы, демонстрирующие скобовидный имплантат до удаления и выраженность потери костной ткани нижней челюсти.
Детали процедуры
Под назоэндотрахеальным наркозом область шеи была обработана антисептиком и изолирована операционным бельем. Для доступа к скобовидному имплантату нижней челюсти в области нижнего края был выполнен подподбородочный разрез. Проведено субпериостальное отслаивание тканей с обнажением пластины по нижнему краю челюсти и подбородочных нервов с обеих сторон (Фото 6 и Фото 7).
Фото 6. Для доступа к скобовидному имплантату нижней челюсти в области нижнего края был выполнен подподбородочный разрез.
Фото 7. Выполнено субпериостальное отслаивание тканей.
Во время препарирования была выявлена гнойная экссудация в области нижнего края нижней челюсти. Два штифта имплантата, удерживавшие протез в полости рта, были полностью обнажены. При этом перелома или нарушения непрерывности нижней челюсти обнаружено не было. Была предпринята попытка удалить скобовидный имплантат с нижнего края челюсти с помощью элеваторов, однако это оказалось невозможным. Внутрикостные штифты имплантата были остеоинтегрированы. Для отсоединения одного из терминальных штифтов и базальной пластины использовали бор 702L. Базальная пластина и штифт были удалены отдельно. Грануляционная ткань была кюретирована для проведения бактериологического исследования с определением чувствительности к антибиотикам. Образец ткани также направили на патогистологическое исследование. После отсоединения базальной пластины второй штифт имплантата оказался по-прежнему хорошо интегрированным, несмотря на хроническую инфекцию. Для его удаления использовали трепаны (Фото 8 и Фото 9). Базальная пластина была отделена от трех меньших винтов, которые оставили in situ, поскольку их удаление могло бы еще больше ослабить оставшуюся костную ткань.
Фото 8. Удаление и секционирование штифта имплантата.
Фото 9. Штифт имплантата, удаленный трепаном.
После удаления штифтов имплантата инфицированная область была обработана бором до появления здорового костного мозга. После завершения дебридмента внутриротовая слизистая была адаптирована швами Vicryl 4.0. Герметичность слизистой была подтверждена. Область шеи промывали физиологическим раствором для удаления частиц титана и инфицированных тканей.
Кортикально-губчатые аллотрансплантаты смешали с обогащенной тромбоцитами плазмой и поместили в область гребня и костного дефекта для создания объема под будущие имплантаты, после чего материал был покрыт резорбируемыми мембранами. Использовалась концепция «треугольника тканевой инженерии» (Фото 10 и Фото 11).
Фото 10. Кортикально-губчатые аллотрансплантаты помещены в область гребня и костного дефекта.
Фото 11. Для покрытия аллотрансплантатов использовались резорбируемые мембраны.
Подподбородочная рана была ушита в два слоя. Перед операцией пациентке вводили антибиотик Ancef 2 г. После операции были назначены амоксициллин 250 мг и метронидазол 250 мг три раза в неделю.
Болевой синдром контролировали с помощью безрецептурного ибупрофена по мере необходимости. Послеоперационный период и заживление протекали без осложнений. В полости рта не отмечалось признаков расхождения швов или инфекции. Послеоперационные КЛКТ-снимки показали, что три винта исходной системы скобовидного имплантата были оставлены in situ.
Пациентке были предложены дополнительные реконструктивные вмешательства, включая увеличение зоны прикрепленной десны в области гребня нижней челюсти с использованием свободного десневого трансплантата или AlloDerm, а также установку внутрикостных имплантатов для последующей ортопедической реабилитации. Она согласилась с предложенным лечением.
После 7 месяцев заживления трансплантатов в области зубов 34, 32, 42 и 45 были установлены имплантаты. Лоскут был отсепарован, при этом отмечался рост тканей. Однако объем доступной костной ткани оставался минимальным. Длина каждого имплантата составляла 10 мм; два передних имплантата имели узкий диаметр — 3,3 мм. В здоровой, ранее аугментированной костной ткани удалось достичь крутящего момента 50 Н·см. Имплантаты устанавливались с обходом участков утраты костной ткани. Для стимуляции дальнейшего костеобразования была выполнена дополнительная костная пластика.
Вокруг четырех установленных имплантатов использовали губчатый костный материал в сочетании с ксенотрансплантатом. Поверх области костной пластики размещали мембрану из обогащенного тромбоцитами фибрина (ОТФ). Для ушивания лоскута применяли шовный материал Vicryl 4.0 (Фото 12–15).
Фото 12. Серия изображений, демонстрирующих интраоперационный этап установки имплантатов. Обратите внимание на крупные дефекты в местах удаления скобовидных имплантатов.
Фото 13. Серия изображений, демонстрирующих интраоперационный этап установки имплантатов. Пустоты были заполнены костным трансплантатом.
Фото 14. Серия изображений, демонстрирующих покрытие области костной пластики ОТФ-мембранами.
Фото 15. Серия изображений, демонстрирующих интраоперационный этап установки имплантатов. Было проведено ушивание.
Согласно данным КЛКТ (Фото 16), реконструкция с использованием имплантатов была успешно выполнена. Имплантаты имели хорошую первичную стабильность, несмотря на минимальный объ6м костной ткани. Однако из-за ранее существовавшего штифта и уменьшенного контакта между костью и имплантатом имплантат в области зуба 42 не остеоинтегрировался и был удален. Поскольку окклюзия верхней челюсти обеспечивалась съемным протезом, было принято решение, что трех имплантатов будет достаточно при использовании титановой балки. Кроме того, пациентка не желала подвергаться дополнительному хирургическому вмешательству. После завершения костной пластики, установки имплантатов и удаления несостоятельного имплантата 42 оценка состояния десневых тканей показала успешный результат лечения (Фото 17 и Фото 18).
Фото 16. КЛКТ-изображение, демонстрирующее успешную установку имплантатов.
Фото 17. Совмещение позиции имплантатов с архитектурой мягких тканей.
Фото 18. Цифровая постановка зубов в CAD/CAM-программе.
Послеоперационные и окончательные результаты представлены на Фото 19–25.
Фото 19. Послеоперационные КЛКТ-снимки после установки имплантатов и удаления исходного скобовидного имплантата. Один из имплантатов реконструкции оказался несостоятельным и был удален, в результате чего окончательная конструкция опиралась на три имплантата. Обратите внимание на значительно большее переднезаднее распределение по сравнению с предоперационными снимками на Фото 5.
Фото 20. Нижнечелюстные имплантаты после установки; обратите внимание на регенерацию тканей вокруг каждого имплантата.
Фото 21, 22. Окончательная ортопедическая конструкция для нижнечелюстной имплантат-опорной дуги. Цирконий (Фото 21) использовался вместе с титановой балкой (Фото 22) для обеспечения прочности на сжатие.
Фото 23. Послеоперационный ретрагированный вид, демонстрирующий идеальную окклюзию.
Фото 24. Окончательный результат через 3 месяца после лечения.
Фото 25. Заживление тканей подподбородочной области после разреза для удаления скобовидного имплантата через 6 месяцев после лечения.
Обсуждение
Лечение пациентов с полной адентией может включать использование полных съемных протезов, покрывных протезов на имплантатах и фиксированных имплантат-опорных протезов. Адентия нижней челюсти представляет более сложную проблему по сравнению с верхней челюстью. Совокупная успешность систем скобовидных имплантатов составляет 90,89% при сроке функционирования от 8 до 16 лет, обеспечивая хорошую функцию и минимальное количество серьезных осложнений. Одной из основных проблем скобовидных имплантатов остаётся их подвижность. Большинство осложнений связано с мягкими тканями вокруг штифтов имплантата. Общая успешность скобовидных имплантатов нижней челюсти сопоставима с внутрикостными имплантатами.
В представленном случае пациентка успешно пользовалась покрывным протезом на скобовидном имплантате нижней челюсти более 40 лет. Скобовидные имплантаты нижней челюсти являются ценной альтернативой традиционным методам фиксации при лечении переломов нижней челюсти. Указанным преимуществом применения аллотрансплантатов по сравнению с подвздошными костными трансплантатами является отсутствие необходимости в донорском участке, что также позволяет сократить длительность госпитализации.
Замена существующей системы скобовидного имплантата в данном случае стала необходимой вследствие хронической рецидивирующей инфекции и прогрессирующей потери костной ткани, которые нарушили стабильность имплантата и целостность нижней челюсти. У пациентки наблюдались стойкие инфекции мягких тканей, требовавшие антибиотикотерапии, периимплантное воспаление, рецессия десны и обнажение штифтов имплантата. Рентгенологическое исследование выявило выраженную атрофию нижней челюсти, активную инфекцию, резорбцию кости вокруг штифтов имплантата и утрату стабилизирующих винтов, что создавало риск патологического перелома. Эти осложнения делали дальнейшее сохранение скобовидного имплантата небезопасным и потребовали его удаления с последующей реконструкцией.
Заключение
Данный клинический случай подчеркивает важность индивидуализированного планирования лечения, тщательной хирургической техники и внимательного послеоперационного наблюдения для достижения успешных результатов при ведении сложных случаев, связанных со скобовидными имплантатами нижней челюсти. Несмотря на возможные трудности и осложнения, правильное планирование и адаптация хирургических подходов позволяют улучшить комфорт пациента, функцию и эстетику. Дальнейшие исследования и развитие данного направления будут способствовать лучшему пониманию и более эффективному использованию скобовидных имплантатов нижней челюсти как ценного инструмента челюстно-лицевой хирургии и стоматологии.
Авторы:
Sadesh Kumar, DMD
Martinos K. Gavathas, BS
Rocksan M. Cortez, CDA
Raahil E. Imami, BSBA
Thomas J. Balshi, DDSDDS
Скобовидные имплантаты нижней челюсти исторически использовались для лечения переломов нижней челюсти и фиксации покрывных протезов, однако связаны с развитием долгосрочных осложнений. В данном клиническом случае описан 85-летний пациент с хронической инфекцией и потерей костной ткани, связанными со скобовидным имплантатом нижней челюсти, установленным несколько десятилетий назад. Цифровое планирование позволило безопасно выполнить удаление имплантата, костную пластику и реконструкцию с использованием внутрикостных имплантатов малого диаметра. Статья подчеркивает хирургические сложности, методы снижения рисков и успешную функциональную реабилитацию при выраженной атрофии нижней челюсти.
Скобовидные имплантаты рассматривались для применения при выраженной атрофии костной ткани, однако их установка является более сложной и чувствительной техникой по сравнению с традиционными внутрикостными имплантатами корневидной формы. К осложнениям, связанным со скобовидными имплантатами, относятся инфекции мягких тканей, периимплантит, подвижность имплантата и проблемы с ортопедическими компонентами. Некоторые пациенты в течение срока службы данной системы могут нуждаться в хирургическом вмешательстве. В представленном клиническом случае обсуждаются хирургическое удаление скобовидного имплантата, цифровое планирование и реконструкция нижней челюсти с использованием имплантатов малого диаметра.
Клинический случай
85-летняя пациентка обратилась в стоматологическую клинику авторов с жалобами на боль и отек в переднем отделе нижней челюсти, сохранявшиеся в течение последних 2 лет. Скобовидный имплантат был установлен ей в 1980-х годах для фиксации покрывного протеза нижней челюсти. Со временем у пациентки начали развиваться рецидивирующие инфекции мягких тканей, связанные с имплантатом (Фото 1).
Фото 1. Внутриротовой вид отека переднего отдела нижней челюсти.
Анамнез показал, что инфекции обычно возникали ежемесячно и купировались курсом пероральных антибиотиков. Медицинский анамнез включал артериальную гипертензию, перенесенный инсульт, фибрилляцию предсердий, гиперлипидемию и наличие кардиостимулятора. Пациентка принимала следующие препараты: Caltrate® 600 D, аспирин 81 мг, карведилол 6,25 мг, лизиноприл 2,1 мг и варфарин 2 мг.
Хирургический анамнез не содержал указаний на осложнения при предыдущих операциях или анестезии. При первичном клиническом обследовании не выявлялось шейного или лицевого отека, а также лимфаденопатии. Подвижность нижней челюсти сохранялась в хорошем объеме. При ношении нижнего протеза поддержка мягких тканей лица была удовлетворительной. Протез имел хорошую ретенцию; при этом примерно 1,5 мм двух терминальных штифтов имплантата были обнажены вследствие рецессии десны и гингивита. При зондировании обоих трансмукозных компонентов отмечалась кровоточивость. Нижняя челюсть была атрофичной, с минимальной глубиной преддверия полости рта.
Конусно-лучевая компьютерная томография (КЛКТ) выявила выраженно резорбированную нижнюю челюсть, инфекцию и резорбцию кости справа от штифтов имплантата, что указывало на патологический перелом или отсутствие костной ткани с вестибулярной стороны. Три других винтовых компонента, входивших в систему скобовидного имплантата, продолжали стабилизировать конструкцию в области симфиза нижней челюсти (Фото 2).
Фото 2. КЛКТ скобовидного имплантата; рядом со штифтами с вестибулярной стороны определяется отсутствие костной ткани.
С пациенткой были обсуждены варианты лечения. Она предпочла немедленное решение с использованием внутрикостных имплантатов и условно-съемного фиксированного протеза. Основными целями лечения были устранение инфекции, снижение риска патологического перелома и установка имплантатов в оставшийся объем костной ткани для последующей фиксированной ортопедической реабилитации. Также обсуждались варианты полного и частичного удаления скобовидного имплантата нижней челюсти. Из-за предполагаемого высокого риска перелома нижней челюсти была индивидуально изготовлена реконструктивная пластина и выполнено виртуальное хирургическое планирование с созданием хирургического шаблона (Фото 3). Получение медицинского допуска, проведение виртуального хирургического планирования и изготовление пластины заняли 6 недель. Незадолго до операции у пациентки развилась острая инфекция кожи шеи (Фото 4).
Фото 3. Предварительно изготовленные пластина и хирургический шаблон.
Фото 4. Острая инфекция кожи, выявленная перед операцией.
Серия предоперационных КЛКТ-исследований до удаления имплантата продемонстрировала обширную потерю костной ткани нижней челюсти (Фото 5).
Фото 5. Предоперационные КЛКТ-срезы, демонстрирующие скобовидный имплантат до удаления и выраженность потери костной ткани нижней челюсти.
Детали процедуры
Под назоэндотрахеальным наркозом область шеи была обработана антисептиком и изолирована операционным бельем. Для доступа к скобовидному имплантату нижней челюсти в области нижнего края был выполнен подподбородочный разрез. Проведено субпериостальное отслаивание тканей с обнажением пластины по нижнему краю челюсти и подбородочных нервов с обеих сторон (Фото 6 и Фото 7).
Фото 6. Для доступа к скобовидному имплантату нижней челюсти в области нижнего края был выполнен подподбородочный разрез.
Фото 7. Выполнено субпериостальное отслаивание тканей.
Во время препарирования была выявлена гнойная экссудация в области нижнего края нижней челюсти. Два штифта имплантата, удерживавшие протез в полости рта, были полностью обнажены. При этом перелома или нарушения непрерывности нижней челюсти обнаружено не было. Была предпринята попытка удалить скобовидный имплантат с нижнего края челюсти с помощью элеваторов, однако это оказалось невозможным. Внутрикостные штифты имплантата были остеоинтегрированы. Для отсоединения одного из терминальных штифтов и базальной пластины использовали бор 702L. Базальная пластина и штифт были удалены отдельно. Грануляционная ткань была кюретирована для проведения бактериологического исследования с определением чувствительности к антибиотикам. Образец ткани также направили на патогистологическое исследование. После отсоединения базальной пластины второй штифт имплантата оказался по-прежнему хорошо интегрированным, несмотря на хроническую инфекцию. Для его удаления использовали трепаны (Фото 8 и Фото 9). Базальная пластина была отделена от трех меньших винтов, которые оставили in situ, поскольку их удаление могло бы еще больше ослабить оставшуюся костную ткань.
Фото 8. Удаление и секционирование штифта имплантата.
Фото 9. Штифт имплантата, удаленный трепаном.
После удаления штифтов имплантата инфицированная область была обработана бором до появления здорового костного мозга. После завершения дебридмента внутриротовая слизистая была адаптирована швами Vicryl 4.0. Герметичность слизистой была подтверждена. Область шеи промывали физиологическим раствором для удаления частиц титана и инфицированных тканей.
Кортикально-губчатые аллотрансплантаты смешали с обогащенной тромбоцитами плазмой и поместили в область гребня и костного дефекта для создания объема под будущие имплантаты, после чего материал был покрыт резорбируемыми мембранами. Использовалась концепция «треугольника тканевой инженерии» (Фото 10 и Фото 11).
Фото 10. Кортикально-губчатые аллотрансплантаты помещены в область гребня и костного дефекта.
Фото 11. Для покрытия аллотрансплантатов использовались резорбируемые мембраны.
Подподбородочная рана была ушита в два слоя. Перед операцией пациентке вводили антибиотик Ancef 2 г. После операции были назначены амоксициллин 250 мг и метронидазол 250 мг три раза в неделю.
Болевой синдром контролировали с помощью безрецептурного ибупрофена по мере необходимости. Послеоперационный период и заживление протекали без осложнений. В полости рта не отмечалось признаков расхождения швов или инфекции. Послеоперационные КЛКТ-снимки показали, что три винта исходной системы скобовидного имплантата были оставлены in situ.
Пациентке были предложены дополнительные реконструктивные вмешательства, включая увеличение зоны прикрепленной десны в области гребня нижней челюсти с использованием свободного десневого трансплантата или AlloDerm, а также установку внутрикостных имплантатов для последующей ортопедической реабилитации. Она согласилась с предложенным лечением.
После 7 месяцев заживления трансплантатов в области зубов 34, 32, 42 и 45 были установлены имплантаты. Лоскут был отсепарован, при этом отмечался рост тканей. Однако объем доступной костной ткани оставался минимальным. Длина каждого имплантата составляла 10 мм; два передних имплантата имели узкий диаметр — 3,3 мм. В здоровой, ранее аугментированной костной ткани удалось достичь крутящего момента 50 Н·см. Имплантаты устанавливались с обходом участков утраты костной ткани. Для стимуляции дальнейшего костеобразования была выполнена дополнительная костная пластика.
Вокруг четырех установленных имплантатов использовали губчатый костный материал в сочетании с ксенотрансплантатом. Поверх области костной пластики размещали мембрану из обогащенного тромбоцитами фибрина (ОТФ). Для ушивания лоскута применяли шовный материал Vicryl 4.0 (Фото 12–15).
Фото 12. Серия изображений, демонстрирующих интраоперационный этап установки имплантатов. Обратите внимание на крупные дефекты в местах удаления скобовидных имплантатов.
Фото 13. Серия изображений, демонстрирующих интраоперационный этап установки имплантатов. Пустоты были заполнены костным трансплантатом.
Фото 14. Серия изображений, демонстрирующих покрытие области костной пластики ОТФ-мембранами.
Фото 15. Серия изображений, демонстрирующих интраоперационный этап установки имплантатов. Было проведено ушивание.
Согласно данным КЛКТ (Фото 16), реконструкция с использованием имплантатов была успешно выполнена. Имплантаты имели хорошую первичную стабильность, несмотря на минимальный объ6м костной ткани. Однако из-за ранее существовавшего штифта и уменьшенного контакта между костью и имплантатом имплантат в области зуба 42 не остеоинтегрировался и был удален. Поскольку окклюзия верхней челюсти обеспечивалась съемным протезом, было принято решение, что трех имплантатов будет достаточно при использовании титановой балки. Кроме того, пациентка не желала подвергаться дополнительному хирургическому вмешательству. После завершения костной пластики, установки имплантатов и удаления несостоятельного имплантата 42 оценка состояния десневых тканей показала успешный результат лечения (Фото 17 и Фото 18).
Фото 16. КЛКТ-изображение, демонстрирующее успешную установку имплантатов.
Фото 17. Совмещение позиции имплантатов с архитектурой мягких тканей.
Фото 18. Цифровая постановка зубов в CAD/CAM-программе.
Послеоперационные и окончательные результаты представлены на Фото 19–25.
Фото 19. Послеоперационные КЛКТ-снимки после установки имплантатов и удаления исходного скобовидного имплантата. Один из имплантатов реконструкции оказался несостоятельным и был удален, в результате чего окончательная конструкция опиралась на три имплантата. Обратите внимание на значительно большее переднезаднее распределение по сравнению с предоперационными снимками на Фото 5.
Фото 20. Нижнечелюстные имплантаты после установки; обратите внимание на регенерацию тканей вокруг каждого имплантата.
Фото 21, 22. Окончательная ортопедическая конструкция для нижнечелюстной имплантат-опорной дуги. Цирконий (Фото 21) использовался вместе с титановой балкой (Фото 22) для обеспечения прочности на сжатие.
Фото 23. Послеоперационный ретрагированный вид, демонстрирующий идеальную окклюзию.
Фото 24. Окончательный результат через 3 месяца после лечения.
Фото 25. Заживление тканей подподбородочной области после разреза для удаления скобовидного имплантата через 6 месяцев после лечения.
Обсуждение
Лечение пациентов с полной адентией может включать использование полных съемных протезов, покрывных протезов на имплантатах и фиксированных имплантат-опорных протезов. Адентия нижней челюсти представляет более сложную проблему по сравнению с верхней челюстью. Совокупная успешность систем скобовидных имплантатов составляет 90,89% при сроке функционирования от 8 до 16 лет, обеспечивая хорошую функцию и минимальное количество серьезных осложнений. Одной из основных проблем скобовидных имплантатов остаётся их подвижность. Большинство осложнений связано с мягкими тканями вокруг штифтов имплантата. Общая успешность скобовидных имплантатов нижней челюсти сопоставима с внутрикостными имплантатами.
В представленном случае пациентка успешно пользовалась покрывным протезом на скобовидном имплантате нижней челюсти более 40 лет. Скобовидные имплантаты нижней челюсти являются ценной альтернативой традиционным методам фиксации при лечении переломов нижней челюсти. Указанным преимуществом применения аллотрансплантатов по сравнению с подвздошными костными трансплантатами является отсутствие необходимости в донорском участке, что также позволяет сократить длительность госпитализации.
Замена существующей системы скобовидного имплантата в данном случае стала необходимой вследствие хронической рецидивирующей инфекции и прогрессирующей потери костной ткани, которые нарушили стабильность имплантата и целостность нижней челюсти. У пациентки наблюдались стойкие инфекции мягких тканей, требовавшие антибиотикотерапии, периимплантное воспаление, рецессия десны и обнажение штифтов имплантата. Рентгенологическое исследование выявило выраженную атрофию нижней челюсти, активную инфекцию, резорбцию кости вокруг штифтов имплантата и утрату стабилизирующих винтов, что создавало риск патологического перелома. Эти осложнения делали дальнейшее сохранение скобовидного имплантата небезопасным и потребовали его удаления с последующей реконструкцией.
Заключение
Данный клинический случай подчеркивает важность индивидуализированного планирования лечения, тщательной хирургической техники и внимательного послеоперационного наблюдения для достижения успешных результатов при ведении сложных случаев, связанных со скобовидными имплантатами нижней челюсти. Несмотря на возможные трудности и осложнения, правильное планирование и адаптация хирургических подходов позволяют улучшить комфорт пациента, функцию и эстетику. Дальнейшие исследования и развитие данного направления будут способствовать лучшему пониманию и более эффективному использованию скобовидных имплантатов нижней челюсти как ценного инструмента челюстно-лицевой хирургии и стоматологии.
Авторы:
Sadesh Kumar, DMD
Martinos K. Gavathas, BS
Rocksan M. Cortez, CDA
Raahil E. Imami, BSBA
Thomas J. Balshi, DDSDDS
Читайте также:
Статьи от брендов
0 комментариев