Современные высокопрочные инъекционные композиты все чаще используются в качестве переходного реставрационного материала при сложных случаях патологической стираемости и/или эрозии зубов. Обладая высокой прочностью на излом, устойчивостью к износу и хорошим сохранением блеска, эти долговечные композиты вносятся методом инжекционного моделирования с использованием прозрачных матриц, изготовленных на основе диагностического воскового моделирования. Ранее данный метод предусматривал применение только одной матрицы на зубную дугу и требовал трудоемкой изоляции каждого отдельного зуба. Однако техника эволюционировала и теперь предполагает лечение через один зуб с использованием двух матриц на каждую дугу, что значительно упрощает и ускоряет процесс адгезивной фиксации. Такой подход позволяет выполнить полную реабилитацию полости рта за одно посещение, обеспечивая немедленный функциональный и эстетический результат и обычно требуя лишь минимального последующего контроля окклюзии и эстетики. Представленный клинический случай демонстрирует использование инжекционно-моделируемого композита в качестве переходной стратегии полной реабилитации полости рта с наблюдением в течение 6 лет.
Клинический случай
Пациент мужского пола обратился с основной жалобой на неудобное смыкание зубов, ощущение невозможности достичь полноценного контакта зубов и незначительную стираемость резцов. Он сообщал о прогрессирующей стираемости передних зубов и отмечал, что верхние резцы «мешают» комфортному смыканию боковых зубов. Пациент также указал, что для достижения комфортного положения он привычно выдвигает нижнюю челюсть вперед. По словам супруги, такое положение лица выглядело неестественным (Фото 1–3).
Фото 1. Улыбка до лечения при привычном выдвижении нижней челюсти вперед.
Фото 2. Максимальная интеркуспидация (МИ) до лечения.
Фото 3. Комфортное положение нижней челюсти до лечения.
Клиническое обследование выявило выраженные фасетки стираемости на небных поверхностях верхних передних зубов (Фото 4). Характер стираемости свидетельствовал о вынужденном переднем смещении нижней челюсти при смыкании, что соответствовало субъективному описанию пациента о необходимости «сжимать» зубы для достижения контакта боковых зубов.
Фото 4. Верхняя зубная дуга до лечения, окклюзионный вид. На небных поверхностях передних зубов определяются фасетки, связанные с вынужденным «сжатием» при смыкании; на режущих краях присутствуют признаки легкой эрозии.
Диагностическое обследование
Пародонтологическая оценка
Пародонтологическое обследование выявило незначительную кровоточивость при зондировании без рентгенологических признаков потери костной ткани. Пациенту был установлен диагноз: стадия I, степень B по классификации Американской академии пародонтологии (AAP). Рекомендации по гигиене полости рта были направлены на повышение эффективности чистки между зубами, а профилактические осмотры с профессиональной гигиеной были назначены с интервалом 6 месяцев.
Биомеханическая оценка
Кариозных поражений и ранее выполненных реставраций выявлено не было. На передних зубах верхней и нижней челюсти наблюдалась эрозия легкой и средней степени выраженности. Кроме того, на вестибулярных поверхностях нижних боковых зубов присутствовали участки абразии (Фото 4 и Фото 5).
Фото 5. Нижняя зубная дуга до лечения, окклюзионный вид. На режущих краях присутствуют признаки эрозии легкой и средней степени, а также отдельные участки абразии на вестибулярных поверхностях боковых зубов.
Функциональная оценка
На основании жалоб пациента и клинических данных был установлен диагноз ограниченного паттерна жевания (ОПЖ). Для депрограммирования был изготовлен депрограмматор Kois (Kois Center), который пациент носил до регистрации центрального соотношения (Фото 6). Регистрация центрального соотношения показала положение нижней челюсти, практически идентичное тому положению, которое пациент интуитивно занимал для достижения комфорта.
Фото 6. Депрограмматор Kois в полости рта пациента.
С пациентом были подробно обсуждены варианты лечения ОПЖ, включавшие ортодонтическое перемещение передних зубов, при необходимости в сочетании с изменением вертикальных параметров; или исключительно реставрационный подход с изменением вертикального размера окклюзии (ВРО). Пациент выбрал второй вариант — реставрационное лечение с изменением ВРО.
Дентофациальная оценка
У пациента отмечались низкая подвижность верхней губы, естественный цвет зубов и минимальная обеспокоенность эстетикой. Основной мотивацией к лечению являлось улучшение функции, а не косметический результат.
Проведение лечения
После подтверждения полного нейромышечного депрограммирования путем получения воспроизводимой точки контакта на платформе депрограмматора была выполнена окончательная регистрация взаимоотношений верхней и нижней челюстей. Были собраны и проанализированы все данные, необходимые для цифрового дизайна улыбки (Digital Smile Design, DSD) (Фото 7). В число диагностических фотографий входили следующие изображения, выполненные при фиксированном положении головы: три снимка анфас: лицо полностью с широкой улыбкой и разомкнутыми зубами, лицо в покое, а также вид обеих зубных дуг с ретракторами при разомкнутых зубах; два снимка в профиль: профиль в покое и профиль при широкой улыбке; снимок в положении «12 часов» с широкой улыбкой, при котором режущие края верхних зубов были видны и располагались на нижней губе; и внутриротовой окклюзионный снимок верхней челюсти от второго премоляра до второго премоляра.
Фото 7. Планирование лечения на основе лицевых ориентиров с использованием DSD.
Модель верхней челюсти была загипсована в артикулятор с использованием лицевой дуги Kois Dentofacial Analyzer, а модель нижней челюсти — в центральном соотношении на основании зарегистрированного положения нижней челюсти. После этого артикулированные модели были переданы в зуботехническую лабораторию для изготовления диагностической восковой модели с учетом запланированных окклюзионных и эстетических изменений.
После клинического утверждения восковой модели лаборатория изготовила дубликаты моделей верхней и нижней челюстей. На дублированных моделях каждый второй зуб был выборочно возвращен к исходной анатомической форме. Такой подход позволил изготовить по две прозрачные инжекционные матрицы на каждую зубную дугу для поочередного внесения материала (Фото 8–10).
Фото 8. Дублированная модель верхней челюсти с полноанатомической восковой моделью.
Фото 9. Восковая модель, на которой каждый второй зуб был возвращен к исходной форме.
Фото 10. Инжекционные матрицы. Для каждой зубной дуги использовались две матрицы.
По опыту автора, для изготовления матриц лучше всего подходит прозрачный материал для регистрации прикуса с твердостью по Шору около 60–70 единиц. Такой материал обеспечивает достаточную жесткость для создания инжекционных отверстий и одновременно позволяет точно позиционировать матрицу в полости рта. Для улучшения адаптации и уменьшения количества внутренних пор использовалась полимеризация под давлением. После полного отверждения матрицу отделяли от носителя и создавали инжекционные каналы. Автор отмечает, что оптимальным способом формирования таких каналов является перфорация матрицы со стороны внутренней поверхности острым металлическим инструментом, соответствующим диаметру канюли композитного шприца. Это снижает риск разрыва или деформации матрицы.
В начале реставрационного приема матрицы были примерены и проверены на точность посадки. Перед внесением композита все инжекционные отверстия были тщательно осмотрены и очищены от загрязнений для предотвращения закупорки канюль композитного шприца и случайного включения остатков силикона в реставрацию.
Реставрацию начали с верхней зубной дуги. Все зубы были очищены методом воздушно-абразивной обработки, после чего межзубные промежутки тщательно очищали от биопленки с использованием тонких полировочных полосок (на Фото 11 показано выполнение этой процедуры на нижней челюсти.) Травление и нанесение адгезива выполняли только на каждый второй зуб (Фото 12). Для защиты соседних зубов, не подлежавших реставрации на данном этапе, использовали частичные матричные ленты, политетрафторэтиленовую (ПТФЭ) ленту либо полоски Hawe по необходимости.
Фото 11. Удаление межзубной биопленки во переднем отделе нижней челюсти.
Фото 12. Травление каждого второго зуба.
Внесение композита выполняли с использованием первой матрицы, которая сохраняла каждый второй зуб в его исходном контуре. Во время инъекции наконечник канюли направляли в пришеечную область (Фото 13) и постепенно выводили по мере заполнения пространства композитом. При этом контролировали, чтобы кончик канюли постоянно оставался погруженным в материал для минимизации образования пор. Во время световой полимеризации на десневую часть матрицы оказывали легкое давление для улучшения краевого прилегания и уменьшения количества излишков материала в пришеечной области. После снятия матрицы межзубные контакты разделяли с помощью пилки Ceri-Saw, а литниковые каналы аккуратно удаляли.
Фото 13. Перед началом инъекции наконечник для внесения композита должен быть продвинут в пришеечном направлении.
После завершения первого этапа восстановленные зубы изолировали ПТФЭ-лентой и устанавливали вторую матрицу, включавшую уже все зубы. Вторую серию инъекций выполняли по тому же протоколу, что и первую (Фото 14). После полимеризации удаляли матрицу и все изолирующие материалы. Финишная обработка верхней челюсти включала коррекцию межзубных промежутков полировочными полосками, доработку скальпелем и предварительную полировку.
Фото 14. Завершенный второй этап инжекционного моделирования.
Реставрация нижней челюсти проводилась по аналогичному протоколу. После этого выполняли коррекцию и выравнивание окклюзии, а затем окончательную полировку для достижения блестящей поверхности. По завершении лечения были сделаны клинические фотографии, а пациент остался очень доволен как комфортом, так и внешним видом реставраций (Фото 15–17).
Фото 15. Улыбка после лечения.
Фото 16. Максимальная интеркуспидация после лечения, вид с ретракторами.
Фото 17. Вид с ретракторами после лечения при разомкнутых зубах.
Долгосрочное наблюдение
Пациент был осмотрен через 2 года после первоначальной реабилитации (Фото 18 и Фото 19), затем через 5 лет (Фото 20 и Фото 21) и через 6 лет после лечения (Фото 22 и Фото 23). Контрольные визиты проводились нерегулярно, поскольку пациент обычно обращался только при возникновении каких-либо вопросов или беспокойства.
Фото 18. Улыбка через 2 года после лечения.
Фото 19. Нижняя зубная дуга через 2 года после лечения, окклюзионный вид. Обратите внимание на сколы в более тонких композитных участках на молярах, а также в переднем отделе.
Фото 20. Через 5 лет после лечения отмечалось продолжающееся хорошее функционирование инжекционно-моделируемого композита в качестве облицовочного материала передних зубов.
Фото 21. Нижняя зубная дуга через 5 лет после лечения, окклюзионный вид. Отмечалось увеличение количества сколов в области моляров и передних зубов, тогда как в премолярной области материал продолжал демонстрировать хорошие результаты благодаря большей толщине слоя композита.
Фото 22. Через 6 лет после лечения сохранялась долговременная эффективность композитного облицовочного материала.
Фото 23. Нижняя зубная дуга через 6 лет после лечения, окклюзионный вид. В зонах функциональной нагрузки отмечалось дальнейшее разрушение материала, однако окклюзия оставалась стабильной, а пациент не испытывал дискомфорта.
При контрольных осмотрах инжекционно-моделируемые композитные реставрации продемонстрировали превосходные результаты в переднем отделе верхней челюсти: наблюдались минимальная стираемость и сохранение исходной морфологии. Напротив, в переднем отделе нижней челюсти отмечалась более выраженная стираемость, что автор связывает с недостаточной толщиной материала в этой области.
В боковых отделах нижней челюсти композит показал хорошие результаты в премолярной области, тогда как в области моляров со временем все более заметными становились сколы и износ материала. Несмотря на деградацию материала, ВРО оставался стабильным на протяжении всех 6 лет наблюдения, поскольку происходило компенсаторное прорезывание зубов, поддерживавшее ВРО несмотря на стирание композита.
Обсуждение
Данный клинический случай демонстрирует как преимущества, так и ограничения использования инжекционно-моделируемого композита в качестве переходной стратегии полной реабилитации полости рта. По мнению автора, долгосрочный успех лечения в значительной степени был обусловлен низкой силой прикуса у пациента и тем обстоятельством, что большинство реставраций фиксировалось преимущественно к эмали. Когда адгезия ограничивается эмалью, инжекционно-моделируемые композиты обычно демонстрируют хорошую долговечность даже в функционально сложных клинических ситуациях. Однако, по наблюдениям автора, после значительной эрозии с обнажением дентина и переходом к преимущественно дентинной адгезии долгосрочная выживаемость реставраций становится значительно менее предсказуемой. Кроме того, в участках, испытывающих высокую функциональную нагрузку, долгосрочные результаты также характеризуются меньшей предсказуемостью.
Заключение
Инжекционное моделирование с использованием текучего композита представляет собой превосходную переходную методику для поэтапной полной реабилитации полости рта и при правильном отборе пациентов может обеспечивать надежные результаты на протяжении длительного времени. Хотя в боковых отделах, особенно в области моляров, следует ожидать износа и сколов материала, окклюзионная стабильность и вертикальный размер окклюзии могут сохраняться в течение многих лет. Тщательный отбор пациентов, оценка окклюзионных нагрузок и стратегия адгезии с максимальным сохранением эмали остаются ключевыми факторами долгосрочного успеха данного метода лечения.
Автор: Sandra Hulac, DDS
Современные высокопрочные инъекционные композиты все чаще используются в качестве переходного реставрационного материала при сложных случаях патологической стираемости и/или эрозии зубов. Обладая высокой прочностью на излом, устойчивостью к износу и хорошим сохранением блеска, эти долговечные композиты вносятся методом инжекционного моделирования с использованием прозрачных матриц, изготовленных на основе диагностического воскового моделирования. Ранее данный метод предусматривал применение только одной матрицы на зубную дугу и требовал трудоемкой изоляции каждого отдельного зуба. Однако техника эволюционировала и теперь предполагает лечение через один зуб с использованием двух матриц на каждую дугу, что значительно упрощает и ускоряет процесс адгезивной фиксации. Такой подход позволяет выполнить полную реабилитацию полости рта за одно посещение, обеспечивая немедленный функциональный и эстетический результат и обычно требуя лишь минимального последующего контроля окклюзии и эстетики. Представленный клинический случай демонстрирует использование инжекционно-моделируемого композита в качестве переходной стратегии полной реабилитации полости рта с наблюдением в течение 6 лет.
Клинический случай
Пациент мужского пола обратился с основной жалобой на неудобное смыкание зубов, ощущение невозможности достичь полноценного контакта зубов и незначительную стираемость резцов. Он сообщал о прогрессирующей стираемости передних зубов и отмечал, что верхние резцы «мешают» комфортному смыканию боковых зубов. Пациент также указал, что для достижения комфортного положения он привычно выдвигает нижнюю челюсть вперед. По словам супруги, такое положение лица выглядело неестественным (Фото 1–3).
Фото 1. Улыбка до лечения при привычном выдвижении нижней челюсти вперед.
Фото 2. Максимальная интеркуспидация (МИ) до лечения.
Фото 3. Комфортное положение нижней челюсти до лечения.
Клиническое обследование выявило выраженные фасетки стираемости на небных поверхностях верхних передних зубов (Фото 4). Характер стираемости свидетельствовал о вынужденном переднем смещении нижней челюсти при смыкании, что соответствовало субъективному описанию пациента о необходимости «сжимать» зубы для достижения контакта боковых зубов.
Фото 4. Верхняя зубная дуга до лечения, окклюзионный вид. На небных поверхностях передних зубов определяются фасетки, связанные с вынужденным «сжатием» при смыкании; на режущих краях присутствуют признаки легкой эрозии.
Диагностическое обследование
Пародонтологическая оценка
Пародонтологическое обследование выявило незначительную кровоточивость при зондировании без рентгенологических признаков потери костной ткани. Пациенту был установлен диагноз: стадия I, степень B по классификации Американской академии пародонтологии (AAP). Рекомендации по гигиене полости рта были направлены на повышение эффективности чистки между зубами, а профилактические осмотры с профессиональной гигиеной были назначены с интервалом 6 месяцев.
Биомеханическая оценка
Кариозных поражений и ранее выполненных реставраций выявлено не было. На передних зубах верхней и нижней челюсти наблюдалась эрозия легкой и средней степени выраженности. Кроме того, на вестибулярных поверхностях нижних боковых зубов присутствовали участки абразии (Фото 4 и Фото 5).
Фото 5. Нижняя зубная дуга до лечения, окклюзионный вид. На режущих краях присутствуют признаки эрозии легкой и средней степени, а также отдельные участки абразии на вестибулярных поверхностях боковых зубов.
Функциональная оценка
На основании жалоб пациента и клинических данных был установлен диагноз ограниченного паттерна жевания (ОПЖ). Для депрограммирования был изготовлен депрограмматор Kois (Kois Center), который пациент носил до регистрации центрального соотношения (Фото 6). Регистрация центрального соотношения показала положение нижней челюсти, практически идентичное тому положению, которое пациент интуитивно занимал для достижения комфорта.
Фото 6. Депрограмматор Kois в полости рта пациента.
С пациентом были подробно обсуждены варианты лечения ОПЖ, включавшие ортодонтическое перемещение передних зубов, при необходимости в сочетании с изменением вертикальных параметров; или исключительно реставрационный подход с изменением вертикального размера окклюзии (ВРО). Пациент выбрал второй вариант — реставрационное лечение с изменением ВРО.
Дентофациальная оценка
У пациента отмечались низкая подвижность верхней губы, естественный цвет зубов и минимальная обеспокоенность эстетикой. Основной мотивацией к лечению являлось улучшение функции, а не косметический результат.
Проведение лечения
После подтверждения полного нейромышечного депрограммирования путем получения воспроизводимой точки контакта на платформе депрограмматора была выполнена окончательная регистрация взаимоотношений верхней и нижней челюстей. Были собраны и проанализированы все данные, необходимые для цифрового дизайна улыбки (Digital Smile Design, DSD) (Фото 7). В число диагностических фотографий входили следующие изображения, выполненные при фиксированном положении головы: три снимка анфас: лицо полностью с широкой улыбкой и разомкнутыми зубами, лицо в покое, а также вид обеих зубных дуг с ретракторами при разомкнутых зубах; два снимка в профиль: профиль в покое и профиль при широкой улыбке; снимок в положении «12 часов» с широкой улыбкой, при котором режущие края верхних зубов были видны и располагались на нижней губе; и внутриротовой окклюзионный снимок верхней челюсти от второго премоляра до второго премоляра.
Фото 7. Планирование лечения на основе лицевых ориентиров с использованием DSD.
Модель верхней челюсти была загипсована в артикулятор с использованием лицевой дуги Kois Dentofacial Analyzer, а модель нижней челюсти — в центральном соотношении на основании зарегистрированного положения нижней челюсти. После этого артикулированные модели были переданы в зуботехническую лабораторию для изготовления диагностической восковой модели с учетом запланированных окклюзионных и эстетических изменений.
После клинического утверждения восковой модели лаборатория изготовила дубликаты моделей верхней и нижней челюстей. На дублированных моделях каждый второй зуб был выборочно возвращен к исходной анатомической форме. Такой подход позволил изготовить по две прозрачные инжекционные матрицы на каждую зубную дугу для поочередного внесения материала (Фото 8–10).
Фото 8. Дублированная модель верхней челюсти с полноанатомической восковой моделью.
Фото 9. Восковая модель, на которой каждый второй зуб был возвращен к исходной форме.
Фото 10. Инжекционные матрицы. Для каждой зубной дуги использовались две матрицы.
По опыту автора, для изготовления матриц лучше всего подходит прозрачный материал для регистрации прикуса с твердостью по Шору около 60–70 единиц. Такой материал обеспечивает достаточную жесткость для создания инжекционных отверстий и одновременно позволяет точно позиционировать матрицу в полости рта. Для улучшения адаптации и уменьшения количества внутренних пор использовалась полимеризация под давлением. После полного отверждения матрицу отделяли от носителя и создавали инжекционные каналы. Автор отмечает, что оптимальным способом формирования таких каналов является перфорация матрицы со стороны внутренней поверхности острым металлическим инструментом, соответствующим диаметру канюли композитного шприца. Это снижает риск разрыва или деформации матрицы.
В начале реставрационного приема матрицы были примерены и проверены на точность посадки. Перед внесением композита все инжекционные отверстия были тщательно осмотрены и очищены от загрязнений для предотвращения закупорки канюль композитного шприца и случайного включения остатков силикона в реставрацию.
Реставрацию начали с верхней зубной дуги. Все зубы были очищены методом воздушно-абразивной обработки, после чего межзубные промежутки тщательно очищали от биопленки с использованием тонких полировочных полосок (на Фото 11 показано выполнение этой процедуры на нижней челюсти.) Травление и нанесение адгезива выполняли только на каждый второй зуб (Фото 12). Для защиты соседних зубов, не подлежавших реставрации на данном этапе, использовали частичные матричные ленты, политетрафторэтиленовую (ПТФЭ) ленту либо полоски Hawe по необходимости.
Фото 11. Удаление межзубной биопленки во переднем отделе нижней челюсти.
Фото 12. Травление каждого второго зуба.
Внесение композита выполняли с использованием первой матрицы, которая сохраняла каждый второй зуб в его исходном контуре. Во время инъекции наконечник канюли направляли в пришеечную область (Фото 13) и постепенно выводили по мере заполнения пространства композитом. При этом контролировали, чтобы кончик канюли постоянно оставался погруженным в материал для минимизации образования пор. Во время световой полимеризации на десневую часть матрицы оказывали легкое давление для улучшения краевого прилегания и уменьшения количества излишков материала в пришеечной области. После снятия матрицы межзубные контакты разделяли с помощью пилки Ceri-Saw, а литниковые каналы аккуратно удаляли.
Фото 13. Перед началом инъекции наконечник для внесения композита должен быть продвинут в пришеечном направлении.
После завершения первого этапа восстановленные зубы изолировали ПТФЭ-лентой и устанавливали вторую матрицу, включавшую уже все зубы. Вторую серию инъекций выполняли по тому же протоколу, что и первую (Фото 14). После полимеризации удаляли матрицу и все изолирующие материалы. Финишная обработка верхней челюсти включала коррекцию межзубных промежутков полировочными полосками, доработку скальпелем и предварительную полировку.
Фото 14. Завершенный второй этап инжекционного моделирования.
Реставрация нижней челюсти проводилась по аналогичному протоколу. После этого выполняли коррекцию и выравнивание окклюзии, а затем окончательную полировку для достижения блестящей поверхности. По завершении лечения были сделаны клинические фотографии, а пациент остался очень доволен как комфортом, так и внешним видом реставраций (Фото 15–17).
Фото 15. Улыбка после лечения.
Фото 16. Максимальная интеркуспидация после лечения, вид с ретракторами.
Фото 17. Вид с ретракторами после лечения при разомкнутых зубах.
Долгосрочное наблюдение
Пациент был осмотрен через 2 года после первоначальной реабилитации (Фото 18 и Фото 19), затем через 5 лет (Фото 20 и Фото 21) и через 6 лет после лечения (Фото 22 и Фото 23). Контрольные визиты проводились нерегулярно, поскольку пациент обычно обращался только при возникновении каких-либо вопросов или беспокойства.
Фото 18. Улыбка через 2 года после лечения.
Фото 19. Нижняя зубная дуга через 2 года после лечения, окклюзионный вид. Обратите внимание на сколы в более тонких композитных участках на молярах, а также в переднем отделе.
Фото 20. Через 5 лет после лечения отмечалось продолжающееся хорошее функционирование инжекционно-моделируемого композита в качестве облицовочного материала передних зубов.
Фото 21. Нижняя зубная дуга через 5 лет после лечения, окклюзионный вид. Отмечалось увеличение количества сколов в области моляров и передних зубов, тогда как в премолярной области материал продолжал демонстрировать хорошие результаты благодаря большей толщине слоя композита.
Фото 22. Через 6 лет после лечения сохранялась долговременная эффективность композитного облицовочного материала.
Фото 23. Нижняя зубная дуга через 6 лет после лечения, окклюзионный вид. В зонах функциональной нагрузки отмечалось дальнейшее разрушение материала, однако окклюзия оставалась стабильной, а пациент не испытывал дискомфорта.
При контрольных осмотрах инжекционно-моделируемые композитные реставрации продемонстрировали превосходные результаты в переднем отделе верхней челюсти: наблюдались минимальная стираемость и сохранение исходной морфологии. Напротив, в переднем отделе нижней челюсти отмечалась более выраженная стираемость, что автор связывает с недостаточной толщиной материала в этой области.
В боковых отделах нижней челюсти композит показал хорошие результаты в премолярной области, тогда как в области моляров со временем все более заметными становились сколы и износ материала. Несмотря на деградацию материала, ВРО оставался стабильным на протяжении всех 6 лет наблюдения, поскольку происходило компенсаторное прорезывание зубов, поддерживавшее ВРО несмотря на стирание композита.
Обсуждение
Данный клинический случай демонстрирует как преимущества, так и ограничения использования инжекционно-моделируемого композита в качестве переходной стратегии полной реабилитации полости рта. По мнению автора, долгосрочный успех лечения в значительной степени был обусловлен низкой силой прикуса у пациента и тем обстоятельством, что большинство реставраций фиксировалось преимущественно к эмали. Когда адгезия ограничивается эмалью, инжекционно-моделируемые композиты обычно демонстрируют хорошую долговечность даже в функционально сложных клинических ситуациях. Однако, по наблюдениям автора, после значительной эрозии с обнажением дентина и переходом к преимущественно дентинной адгезии долгосрочная выживаемость реставраций становится значительно менее предсказуемой. Кроме того, в участках, испытывающих высокую функциональную нагрузку, долгосрочные результаты также характеризуются меньшей предсказуемостью.
Заключение
Инжекционное моделирование с использованием текучего композита представляет собой превосходную переходную методику для поэтапной полной реабилитации полости рта и при правильном отборе пациентов может обеспечивать надежные результаты на протяжении длительного времени. Хотя в боковых отделах, особенно в области моляров, следует ожидать износа и сколов материала, окклюзионная стабильность и вертикальный размер окклюзии могут сохраняться в течение многих лет. Тщательный отбор пациентов, оценка окклюзионных нагрузок и стратегия адгезии с максимальным сохранением эмали остаются ключевыми факторами долгосрочного успеха данного метода лечения.
Автор: Sandra Hulac, DDS
Читайте также:
Статьи от брендов
0 комментариев